Путь Наверх!

— Деточка, подойди! Подойди ко мне, мой пионер! Скажи, тебе в школе про милосердие говорили?
— Не-а.
 — Паршивая школа у тебя, деточка. А тебе мама с папой денюжку дали? Дали на завтрак?
 — Ну, дали немножко.
 — Дали немножко? Ты же всё равно всё прокуришь, проиграешь в автоматы. Дай тёте Фиме денюжку, а она за твоё здоровье супу выпьет.

(К/ф «Небеса Обетованные»)

Ветер. Пронзительный, холодный ветер прицельно швыряет в лицо и за шиворот хлопья колючего белого снега, щедро сыплющегося весь день с хмурого неба. По узким тропинкам, которые утром еще напоминали тротуары, друг за дружкой — след в след спешат с работы люди. Кто-то спешно кутается в теплый шарф и поправляет шапку, кто-то натягивает на голову капюшон.

«Бедные! И как они до дома добираться будут – трамваи не ходят, автобусы вместе с машинами, на какую улицу не посмотри, накрепко встали в пробках. Ладно, в транспорте хоть тепло!» — Андрей*, размышляя о нелегкой судьбе прохожих, сражающихся с пургой на улице, машинально стягивает с себя зимнюю куртку, и рукавом ее протирает запотевшее стекло. Волонтер из центра реабилитации бездомных «Надежда» Наталья и водитель автобуса «Милосердия» Василий о чем-то тихо  между собой переговариваются, но он не слышит.

Андрей вспоминает, как почти год назад, в точно такую же ужасную погоду, почти обессилев от голода, брел он к Спасо-Преображенскому кафедральному собору. Туда, на нижнюю площадку через день приезжал автобус, и бездомные всех мастей стекались за чашкой горячего супа, сытного второго и чая. Спотыкаясь почти на каждом шагу, Андрей шел  к переломному моменту в своей судьбе, правда,  тогда он еще не догадывался об этом. А, тем не менее, именно в тот день мужчина не вернулся в привычный канализационный колодец, в котором прожил не один месяц, а на вот этом самом автобусе «Милосердия» поехал в вышеупомянутый центр помощи бездомным.

information_items_28387

— Наша Наталья Андрея тогда, можно сказать, из колодца вытащила, — рассказывает мне главный бухгалтер и, по совместительству, вторая «мама» для бывших бездомных, Светлана Петровна, — видела бы ты его тогда! Вид у него был как у дикого зверя. Знаешь, когда, бывает, животные в полном отчаянии выходят навстречу людям? Вот, так и он к нам вышел – колючий взгляд, сам одет непонятно во что, в грязи с ног до головы, рука – сплошной ожог, а он до такого состояния дошел, что даже не чувствует боли. Отмыли его, отвезли в больницу. Сам он из Амурска, приехал в Хабаровск сначала ненадолго, просто послужить, а потом решил совсем остаться. Парень-то золотой, но… алкоголь. Из-за пристрастия к выпивке лишился работы и жилья, ночевал, где придется, пока, вот, Наталья его не подобрала. Зато сейчас! Лучшего социального работника, наверное, нам и не сыскать! Он очень толковый, ответственный, ездит в том же автобусе, который когда-то его самого подобрал, и помогает кормить бездомных. Ты знаешь, мы же еще привозим людям и одежду, так, вот, он наизусть помнит размеры, и кто что любит, и на складе тщательно, всегда сам собирает в мешок вещи.

А я слушаю рассказ Светланы Петровны и думаю, что Андрей привозит не столько одежду, сколько живой пример того, что Господь, не брезгуя, протягивает Свою Руку с Небес и до самого дна – было бы встречное желание человека за Нее ухватиться! Год назад мужчина еще и крестился, но до Исповеди пока не дошел – страшно! Страшно, что осудит его батюшка за грехи, не поймет, прогонит. Жутко. А с другой стороны — не примириться с Богом еще страшнее – это он тоже понимает.

А у Александра, еще одного поселенца центра «Надежда», совсем иная история, которая, не дай Бог, чтобы с кем-то произошла. Обычный мужчина с такой же обычной работы привычным путем возвращался домой. Смутно вспоминает, что почувствовал удар по голове. Пришел в себя уже в больнице спустя несколько дней. Удар был столь сильным, что частично пропала память, а правая сторона лица перестала действовать. Речь восстановили, но, тоже, не до конца. Очень тяжело ему. И не сказать, от чего больше душа болит – от физических увечий или от предательства родных. Александр ведь проживал в Хабаровске с мамой и отчимом, но после смерти матери отчим подарил дом своим детям, а Александра, который в новом состоянии стал совсем беспомощным, просто выгнал  на улицу.

— Мы его устроили на ферму под Хабаровском. Там он на природе, ездит на лошади, помогает, чем может – продолжает свой рассказ Светлана Петровна, — оформили мы ему пенсию по инвалидности, нашли родную тетю в Молдавии – теперь у него мечта – накопить денег и переехать туда жить. Представляешь, перед тем, как мы его на ферму отправили, приходил ко мне прощаться: «Я красивых слов говорить не умею. Хотел сначала цветы Вам купить, а потом решил – конфеты полезнее!». Вот, такой он у нас.

А еще есть Артем – можно сказать, еще совсем мальчик. Из детского дома. Доверчивый, простой. Как на улице оказался? Родной дядя переписал на себя положенную юноше квартиру, а того выставил на улицу.

Михаил – почти «классический случай» — с Северобайкальска приехал на заработки, а наниматели обманули и оставили без средств к существованию. Слава Богу, что парень оказался активный и рук не опустил – попав в Центр, почти сразу устроился на работу.

— Недавно заглядывал к нам! Представляешь, на несколько часов, буквально, заехал в город (работает вахтовым методом), а успел напечь пирожков с курагой и забежать к нам – угостить! А еще у него золотые руки и редкое увлечение – он профессионально умеет плести кольчуги. И такие люди попадают на улицу!

Когда меня просили написать небольшую статью о попавших в беду людях, которые, пройдя страшную уличную школу, все же с помощью волонтеров смогли вернуться к привычной нам всем жизни, я как-то не думала, что таких историй будет много. Оказалась, что ошиблась – это не пять и даже не десять человек – при желании, можно целую книгу написать. Целый цикл рассказов о Промысле Божием, о силе воли, о жестокости и Милосердии…

О последнем, наверное, надо больше всего говорить, ведь у нас есть глобальная беда, и заключается она в том, в обществе утвердился стереотип: люди, попавшие на улицу, сами туда стремились – не хотели, как все, нормально жить и работать. На самом деле, как раз таких – меньшинство, а большинство – страшно сказать, жертвы предательства своих родных – удар, который мало кому по силам перенести.

20140216_161645-675x900

Представьте себе – вы вдруг оступились, заболели, попали в беду, вас обманули – вы на пике растерянности, не знаете, что делать, и вдруг новый удар – от вас отказываются самые-самые близкие – родители, супруги, и, вдобавок, вам некуда пойти, потому что дома, в котором вы жили все эти годы – его или совсем нет, или, он по-прежнему есть, но уже не для вас – не пустят вас туда. Вы кидаетесь по инстанциям, а там один ответ «разбирайтесь сами», «ничем помочь не можем», «предоставьте документы». Какие документы, когда на улице наступает ночь, а нет ни теплой комнаты, ни привычной кровати, ни какого-никакого, но ужина… во всем городе вы никому не нужны, а в другой вам и не добраться – потому что лишили всего. Совсем всего. Еще утром вы были среди всех людей на равных, а уже вечером на вас ярлык БОМЖ – который означает, вообще-то, просто человека без определенного места жительства, но воспринимается всеми так, как будто вы не в беду попали, а стали убийцей и маньяком в одном лице. Даже те, кто, по идее, должен защищать ваши права, смотрят с плохо скрываемым презрением: «Докатился!».

Чем измерить глубину страдания человека, внезапно оказавшегося в такой ситуации? Не существует на свете, не придумали еще такой прибор. Нет у меня также и понимания, как потом тот, кто выгнал своего сына/отца/мужа на улицу, сможет спокойно годы жить в этой квартире с осознанием, что своего близкого, родного человека отправил на верную смерть? Не укладывается в голове, как такое, в принципе, возможно, а, ведь, оно, оказывается, сплошь и рядом.

Я сначала хотела закончить статью призывом научиться нам и в бездомных всегда видеть таких же, как мы, ЛЮДЕЙ — образ Божий, но, знаете, познакомившись поближе с их ситуациями, думаю, что надо закончить другой просьбой – давайте будем учиться жить, чтобы никогда, ни по отношению к кому не поступать так, как не хотелось, чтобы поступили по отношению к нам. Может быть, и бездомных, и просто несчастных тогда во всем мире станет на порядок меньше, а если к этому правилу мы добавим еще хоть капельку милосердия, то появится путь Наверх — не только для них, но и для нас.

wallpaper-1687P.S. Помощи Божией всем сотрудникам Хабаровской краевой общественной организации «Милосердие», которые каждый день вот так незаметно приносят надежду туда, где кажется, и память о ней стерта безвозвратно!

*здесь и далее имена героев статьи, по их просьбам, изменены.

Просмотров: 1 545